— Я поднимусь всего на несколько минут, — предупредила Уиллоу. — Я всегда читаю Дани на ночь.

— Не переигрываешь ли ты преданную мать? — произнес Джордан скучающим тоном.

— Я и есть преданная мать, — отрезала она. — И я и Дани с нетерпением ждем этого часа.

— Я удивлен, что такая занятая дама, как ты, может тратить на это время, — засмеялся он.

— Джордан!..

— Прошу прощения, — сказал он без раскаяния. — Будь с Дани сколько хочешь, я жду на улице.

Уиллоу повернулась и пошла прочь от него, глубоко возмущенная предположением, что Дани не занимает центрального места в ее жизни. Безусловно, она много работает, и успех ее последнего магазина эксклюзивных фасонов, привлекательного и для богатых жителей, и для гостей этого маленького очаровательного острова, превзошел все ожидания. Но свою карьеру в мире моделирования модной одежды она делала не за счет Дани, и каждую свободную минуту она проводила с дочерью.

Если бы Джордану Сент-Джеймсу было бы известно о ней что-либо другое, кроме содержания отчетов, рисующих ее жизнь черно-белыми красками, он бы это знал. На самом деле он не интересовался ее жизнью, поэтому даже не представлял, что произошло с ней и сделало женщиной с сильным характером, которая почти в двадцать три года стала одним из самых известных модельеров Англии, успевая при этом быть внимательной и любящей матерью Дани.

— Тебе лучше? — спросила она Барбару, войдя в апартаменты.

— Намного, — кивнула та. — Джордан Сент-Джеймс? — посочувствовала женщина Уиллоу, которая была до сих пор бледна после встречи с этим человеком.

— Да, — поморщилась она, кладя сумочку на стол. — Дани в постели?

Барбара кивнула. Спокойная, умелая женщина тридцати пяти лет, она последние три года была нянькой Дани.

— Девочка очень устала, — снисходительно сказала она, — но полна решимости слушать сказку.