— Не могу не отметить вашу обходительность и прекрасные манеры, мисс Эллис, — добавила леди Дэнверс, бросив выразительный взгляд на Хэвиленда, сидящего в кресле напротив них. Перехватив его, Мадлен подумала, что в своей записке, предшествующей их визиту в Дэнверс-холл, граф, наверное, все-таки упомянул о ее настойчивом требовании соблюсти этикет.

— И если вы управлялись со своей больной хозяюшкой, то, думаю, найдете общий язык и с нашими ученицами.

— Какие у меня будут обязанности?

— Хэвиленд говорил, что вы хорошо владеете французским, поэтому основной вашей задачей будет преподавание французского языка и, как следствие, английского. По моему опыту, изучение иностранных языков улучшает также и знание родного. Главное, чтобы занятия были увлекательными. Ученицы, мисс Эллис, без ума от парижских мод. Так что, если вы добудете модные французские журналы, они будут вас боготворить.

Мадлен позволила себе улыбнуться в ответ на шутливый тон графини.

— Думаю, я справлюсь, леди Дэнверс. У меня немало знакомых в среде эмигрантов. На родине многие из них занимали высокое положение, до того как Революция отняла их титулы и имущество.

— Ну вот и замечательно. Я с радостью приглашаю вас преподавать в нашем учебном заведении. Для начала предлагаю давать один урок в день. У вас будет хорошее жалованье, но пока вы приняты на испытательный срок. Хэвиленд за вас поручился, но так как ваша предыдущая работодательница не успела составить вам рекомендательное письмо, то вы, думаю, согласитесь, что мне необходимо навести о вас справки. Если вы предоставите мне список бывших соседей и других знакомых, то я незамедлительно с ними свяжусь. И если мое благоприятное впечатление подтвердится, мы примем вас на постоянную работу. А заодно и вы проверите, насколько преподавание придется вам по душе.

Да, это было разумно и правильно, подумала Мадлен. На нее ляжет ответственность за воспитание двадцати семи молодых женщин, и леди Дэнверс должна быть уверена в высокой квалификации своих преподавателей.