Энергичный, поджарый, острый на язык, он поражал внутренней собранностью, какой-то скрытой, но мгновенно угадываемой хваткой.

В строгом сером костюме в полоску и белой рубашке, сама аккуратная педантичность, – Блэкмор-старший сразу произвел на нее впечатление. Она смотрела на него во все глаза.

Таким он и запомнился: голова, слегка откинутая назад, густые каштановые волосы, отливающие глянцем под ярким светом люстры, мужественное лицо, тронутое золотистым загаром, нос с горбинкой.

Позднее девушка узнала, что отпуск он провел с дочерью на побережье Испании, на фешенебельном курорте в Бенидорме.

Она до сих пор помнит, как поразили ее губы Билли, дерзко-насмешливые и чувственные, хотя улыбка не таила ничего, кроме изумления.

Именно по этой неспешной усмешке Элизабет поняла, что Билли рад знакомству, а глаза со смешинкой как бы намекали, что все впереди.

Роберт, вошедший чуть позднее, тотчас разгадал ее смятение и не преминул подлить масла в уже разгоравшийся огонь, когда со светской непринужденностью представил девушку брату.

– Незабываемый момент в истории нашей компании. Встреча президента концерна Билли Блэкмора и моей правой руки мисс Элизабет Гиллан, – сказал он, бросив бесовский взгляд на брата.

Улыбаясь, Билл подошел к ней и сжал ладонями протянутую руку.

– А если просто Лиз? – спросил он, задержав ладонь дольше, чем положено для официального рукопожатия. – Не так формально и значительно короче. Вы не против?

– Нет, нет, пожалуйста, только Элизабет! – Она энергично покачала головой, стараясь справиться с волнением, внезапно охватившим ее от прикосновения. – Мне нравится мое имя. Словом, я против!

Билли внимательно посмотрел на девушку. Она выдернула руку.

– Ну а разве своему возлюбленному вы не позволяете милые вольности? – спросил мужчина, хитро прищурясь. – Или я не прав?