— Мы никогда не станем близкими друзьями, — резко возразил Дрейкер, — но надо признать, что последнее время Принни все чаще с сожалением вспоминает об ошибках, которые совершал в молодости. Кроме того, я действительно имею на него некоторое влияние.

— Надо признать, что последнее время вы с Айверсли явно страдаете размягчением мозгов, — покачал головой Гэвин. — Стоило вам жениться на красавицах и остепениться — и вы уже смотрите на жизнь сквозь розовые очки.

Гэвин неожиданно замолчал, потому что в собственном голосе ему послышались завистливые нотки. Но ведь он и не думает завидовать счастливым семейным союзам своих братьев. Его вполне устраивает собственная жизнь — независимость и короткие, ни к чему не обязывающие связи с замужними женщинами, которые с удовольствием отвлекаются от монотонных супружеских обязанностей в его постели. Он искренне дорожит своей свободой и одиночеством.

— Так что же я должен совершить, чтобы получить эту сомнительную награду? — спросил Гэвин, хмурясь.

— Сущую ерунду, — поспешил объяснить Айверсли с заметным облегчением. — Просто уговори лорда Стокли пригласить некую вдову на ежегодный съезд игроков, который он устраивает в своем загородном доме.

— Откуда вы об этом знаете?

— У Принни хватает шпионов, — пожал плечами Дрейкер.

Гэвин стряхнул пепел в бронзовую пепельницу.

— Я полагаю, эта женщина — одна из них? Или одна из его любовниц?

— Она определенно не его любовница, — покачал головой Айверсли, — и я, встретившись с ней, могу утверждать, что она и не шпионка.

— Стокли очень тщательно отбирает приглашенных. Они должны прекрасно играть в вист, уметь держать язык за зубами и не быть особенно щепетильными в отношении морали. Она соответствует этим требованиям?

— Уверен, в этой ситуации она не станет болтать, — проговорил Дрейкер с непроницаемым лицом, — и, думаю, сумеет притвориться не слишком щепетильной, но понятия не имею, сильна ли леди Хавершем…