Но вовсе не Элоиза была главным предметом размышлений Антона Диаза.

Перед тем как собраться в Лондон с целью претворения в жизнь своего плана, он обратился к частному детективу с поручением собрать досье на всех, кто имеет хоть какое-то отношение к «Ферфакс Инжиниринг». В кипе отчетов и иллюстрирующих их фотографий он нашел и фотографию дочери своего заклятого врага. Так он впервые увидел Эмили Ферфакс.

На фотографии была изображена молодая женщина неопределенного возраста. На пляже, в бейсболке, козырек которой затенял ее глаза, в безразмерной футболке, в широких камуфляжных штанах. Она выглядела как пацан. Она занималась подводной археологией, то есть вела совершенно далекий от Антона Диаза образ жизни. Вчитываясь в страницы отчета, а затем и знакомясь с описанными в нем людьми, он с огорчением понимал, что его план постепенно переставал казаться ему лишь хитрой «шахматной комбинацией». Фигуры начали оживать и приобретать человеческие лица и черты характера. Пожалуй, стоит вести себя поосторожнее, чтобы не проникнуться симпатией к этим милым, в сущности, людям.

Антон не мог позволить себе подружиться с кем-либо из Ферфаксов, в противном случае он нарушил бы данную им клятву. Никакой жалости к родственникам убийцы его сестры. Сейчас для него главное — добиться их расположения. Нет ничего более легкого!

Но первая проблема не замедлила дать знать о себе. Добрый Том и его премиленькая супруга Хелен оказались по-настоящему замечательными людьми и вдобавок молодыми родителями. Да и эта самая Эмили тоже очаровательная. Такие типичные располагающие к себе англичане… Откуда им знать, что их ждет, что для них уготовил Антон Диаз?

И все же при ближайшем рассмотрении Антону удалось определить слабое место Ферфаксов. Им оказалась всеми любимая младшая дочь Чарльза синеглазая Эмили, с остренькими костлявыми плечами и блуждающим румянцем на щеках. Эта девушка с пухлыми губами показалась ему чрезвычайно ранимой. Ее агрессия, ярко проявившаяся в самом начале вечера, заставила Антона предположить, что у девушки очевидные проблемы в общении с мужчинами, какая-то неотомщенная боль, заставляющая бросаться на каждого из неприятельского стана. И это было отличным поводом для раздумий.