– Нет, я пишу картины. Но дизайн мне не чужд. – Улыбнувшись, Венера плюхнулась на мягкую диванную подушку рядом с Самантой. – Нет, чудесный диван. Тебе надо обязательно его взять. И цена вполне приемлемая.

– Что верно, то верно, – согласилась Саманта.

С тех пор они практически не расставались. Быстро найдя общий язык, девушки поняли, что им нравится общаться друг с другом.

И вот теперь у Венеры первая выставка. Как же Саманта была рада успехам подруги!

Надо сказать, что Венера была дочерью богатых родителей, которые всячески поддерживали стремление своего единственного чада найти себя в жизни. Поэтому Венера не нуждалась в средствах и могла заниматься тем, чем хочется.

Но, независимо от того, какое положение в обществе занимало ее семейство, Венера не кичилась этим, общаясь с окружающими ее людьми на равных.

Саманта даже долгое время не подозревала о том, к какой семье принадлежит ее новая подруга. И лишь случайность открыла девушке на это глаза. После того, как все выяснилось, ее отношение к Венере стало еще более дружеским – она оценила деликатность подруги.

Венера умудрялась избегать фотографов с виртуозностью Копперфильда, и ее снимки в газетах и журналах появлялись очень редко, тогда как фотографии ее родителей не сходили с их страниц.

– Предки любят быть на виду, – поделилась как-то Венера, когда они с Самантой зашли в бар, чтобы отметить окончание трудовой недели.

Конечно, это «окончание» являлось довольно условным, так как у Саманты был ненормированный рабочий день, а про Венеру и говорить нечего – та работала в любое время суток.

– Ну, я думаю, незачем их судить за это, – пробормотала Саманта, услышав в голосе подруги недовольство.

– Да я стараюсь, – кивнула та, отпивая коктейль из своего бокала. – Но иногда это так раздражает…

Саманта вздохнула. Она сознавала, насколько Венере, предпочитающей находиться подальше от вспышек фотокамер, претило желание родителей светиться на обложках в журналах.