А Кевин, ее муж, счел бесплодность слишком серьезным изъяном и воспользовался им как предлогом для развода. Он даже не усомнился в приговоре врача, не захотел поддержать ее, хотя бы дождаться мнения других специалистов. Правда, это ничего бы не изменило. Джейн обратилась к другим врачам… с тем же результатом.

Итак, ни ребенка, ни мужа, ни профессии. Джейн устало откинулась на спинку кровати. Нельзя сдаваться. Надо как-то устраивать свою жизнь. Ведь не сдается же этот незнакомый фермер… Джейн покосилась на раскрытую газету: когда она успела вынуть ее из сумки и положить на тумбочку? Задержала взгляд на объявлении, схватила газету и, словно обжегшись, выпустила ее из рук. Схватила снова, внимательно изучила короткие строчки.

Надо признать, объявление интригует своей недосказанностью. Однако какая женщина в здравом уме хотя бы на секунду задумается над ним?! Я? Боже сохрани!

Джейн размышляла над газетными строчками почти целый час. И чем дольше она пыталась убедить себя в абсурдности возникшей идеи, тем больше привлекали ее возможные последствия. Этот фермер стремится привести в порядок свою жизнь, как и сама Джейн. Он потерял жену, она потеряла мужа. Фермеру необходима мать для его детей, а ей жизненно необходимо стать матерью. Похоже, это шанс…

Промедление смерти подобно, — подытожила Джейн, так как слишком хорошо себя знала: если станет сомневаться и выжидать, ей не хватит смелости ответить на объявление.

Пока решимость ее не покинула, Джейн достала конверт, листок почтовой бумаги, быстро набросала ответ и, вызвав коридорного, попросила отправить письмо.

Задержавшись на аукционе домашнего скота, Грег Меррифилд возвращался домой довольно поздно. Наконец свет фар выхватил из темноты узорчатую решетку арочных ворот, ведущих на ранчо.