– Скажи мне, почему я здесь? – наконец спросил он.

Совсем просто.

– Мое семейство назначило тебя моей нянькой и отправило проследить, чтобы со мной ничего не случилось.

– Это одна из причин. Но не главная.

– Ты предан Джареду.

– Это здесь совершенно ни при чем.

– Тебе очень хотелось поесть пахлавы?

– Не настолько, чтобы проехать полмира. – Триг смотрел прямо на нее, и, как бы ей ни хотелось, Лена не могла отвести взгляд. У нее перехватило дыханье.

– Ты достаточно хорошо себя чувствуешь, чтобы гоняться за Джаредом, – наконец сказал он. – И думаю, достаточно хорошо, чтобы выслушать меня. Я не собираюсь бросаться на тебя, Лена. Не собираюсь делать ничего против твоей воли. Но ты должна знать, что я здесь, потому что хочу быть здесь. С тобой. Ты должна знать, что я испытываю к тебе чувства, не имеющие ничего общего с братскими. Ты должна знать, что мне нравится, когда ты обращаешься со мной как с братом, и вместе с тем я ненавижу это.

Триг глубоко вздохнул:

– И еще ты должна понимать, что, когда ты селишь нас в один номер, как мужа с женой, у меня возникают всякие мысли.

Она не поняла. Он навалил на нее слишком много информации и дал слишком мало времени, чтобы ее осмыслить.

– Я… извини?

– Я хочу тебя.

– Ты?..

Триг посмотрел на нее, как на слегка слабоумную:

– Да.

– Но… ты не можешь.

– Могу, совершенно точно.

– Я инвалид.

– Нет, ты просто ранена.

– Я – это я.

– Да. – Он снова посмотрел так, словно у нее не хватало мозгов. Он был так… спокоен.

А она нет. Она должна была как-нибудь прекратить этот фарс и поговорить с ним разумно.

– Как пахлава?

– Как будто ел землю.

– Еще вина? – Лена налила, не дождавшись ответа, и, наверное, правильно сделала, поскольку Триг осушил стакан одним большим глотком. – Ты должен дать мне время подумать.