Неделя — это, разумеется, ничтожно мало, но она и этому была рада. Они с Антуаном уедут куда-нибудь подальше, например, в Океанию, где их никто не сможет потревожить, и будут отдыхать сколько надо.

Этот разговор случился позавчера. И еще позавчера Кэтрин представляла свою жизнь рядом с Антуаном вполне сносной. А сегодня уже не хотелось лететь ни в какую Океанию, и не нужна была никакая свадьба, и вообще ничего не было нужно. Потому что Остин женится. Остин женится и, похоже, счастлив со своей Софией, а она…

А она — несчастна.

Нет, не Антуан тому виной. Антуан — славный, добрый парень, их родители много лет знают друг друга и давно мечтали поженить детей… Но Кэтрин никогда не испытывала к этому человеку ничего, кроме благодарности за то, что он стойко терпел ее выходки, мог исполнить любое желание и хорошо знал все ее прихоти. Любила ли она его? Конечно нет. Но отец утверждал, что жених и невеста не обязательно должны любить друг друга, чувства приходят позже. А вот семьи, где они выросли, должны быть похожими и из одной среды.

Это чушь, думала Кэтрин, когда ей было двадцать. Выйти замуж по любви — вот наивысшее счастье!

Найти бы такого, к которому будет лежать сердце или хотя бы будет нескучно, думала она в двадцать пять.

Однако так можно навсегда остаться одной, решила она в день своего двадцативосьмилетия и согласилась принять предложение Антуана.

Хотя, по сути, никакого предложения и не было. Они с Антуаном всегда знали, что рано или поздно поженятся. Отец Кэтрин — Нил Донналд мечтал породниться со своим другом и тезкой Нилом Хэррисом, рано ушедшим из жизни. Последние годы Антуан считал мистера Донналда своим отцом. И эта спокойная уверенность родителей в том, что дети рано или поздно создадут семью, многие годы портила жизнь виновникам будущего торжества.