— Ты собираешься жаловаться на них?

Оуэн подумал, что частота ее пульса вызвана волнением за семью. Но так ли это?

— Ты считаешь, следует? — Его пожатие стало крепче, а глаза впились в лицо.

— На это я не могу ничего ответить.

Он взглянул на мужчин у загона. Лица у них были суровы.

— Пожалуй, тебе лучше предупредить своих теток, чтобы они больше не выискивали в Кроу Хеде доверчивых старух.

— Тут уж я преподам им такой урок, который навсегда застрянет у них в ушах.

— А также внуши, пожалуйста, мужской половине, что не стоит вешать своих соседей.

— Будь спокоен. Скорее я сама повешусь, чем допущу снова нечто подобное.

Надя говорила с искренней убежденностью. Маленькая и хрупкая, она тем не менее с успехом тащила на своих плечах груз семейных проблем. Оуэн отпустил руку девушки и нежно коснулся ее лба, чтобы хоть немного развеять озабоченность Нади. Ради этого он готов был на большее — даже обнять ее.

— Похоже, у меня нет намерения заезжать к шерифу.

Надя облегченно вздохнула.

— Спасибо, мистер Перес… Ой, Оуэн.

Чего бы он только ни сделал, лишь бы успокоить, утешить ее: обнял бы, приласкал и не отделался бы одним поцелуем, не маячь здесь эти родственнички с мрачными физиономиями.

— Постарайся, Надя, чтоб у них не было неприятностей, — сказал он на прощанье и зашагал к машине.

Надя оперлась на перила крыльца и задумчиво посмотрела ему вслед. Ей всегда казалось, что джинсы придают мужчине сексуальный вид, но Оуэн в своих серых брюках, плотно обтягивавших зад, будил мысли, от которых становилось жарко. Надя невольно зарделась.

С тех пор как она в последний раз наслаждалась ласками любовника, прошло уже много лет.