– Очевидно, где-то была допущена ошибка, мистер Дженингс. Уверяю вас, я не только не брала ваших денег, но и не могла допустить одну и ту же ошибку в вашем счете четыре раза подряд, не заметив и не исправив ее.

– Но там ваши инициалы, – снова повторил Дженингс, помахивая бумагами в воздухе.

– Можно мне взглянуть? – спросила Эмили все еще бесстрастно, хотя ее уже переполнял гнев. Почему босс ничего не скажет в ее оправдание? А начальник полиции что, ждет, чтобы арестовать ее? Почему он молчит?

Эмили протянула руку, позвякивая браслетом. Дженингс взглянул на браслет и нахмурился, как будто этот легкомысленный звук раздражал его. Он передал ей бумаги с воинственным видом.

– Это подделка, – сказала Эмили не колеблясь.

– Я знал, что вы скажете что-нибудь в этом роде, – ответил Дженингс.

– Да, вам следовало предположить, что я скажу правду. – Она посмотрела на своего босса. – К тому же я всегда ставлю печать, добавила она.

Маршалл Хейз дружески улыбнулся ей, показывая, что он и не сомневался в се невиновности. Или она просто видит то, что хочет видеть?

– Тем не менее это ваш почерк и ваши инициалы: Э. М. Вы всегда так подписываетесь. Я проверил, – добавил Дженингс самодовольно.

– Тогда вы должны были заметить, что под М я обычно ставлю черточку, ответила Эмили. – Я всегда подписываюсь так. А здесь черточки нет. Разве стала бы я менять свою подпись на документах, которые хотела бы подделать? Это глупо.

– Я могу принести вам дюжину документов, чтобы сравнить подписи, предложил Хейз.

Уэйд откашлялся.

– Мне кажется, – медленно начал он, – нам нужно поговорить с вашей бывшей секретаршей, мистер Дженингс. Вполне возможно, что в книжке она указала верную сумму, а в банке совсем другую.

Дженингс взглянул на него.

– Вы обвиняете мою служащую?

– Я никого не обвиняю, включая и мисс Макбрайд, – ответил Уэйд. – Я лишь говорю, что нам следует предпринять.