Отец подошел к экономке и взял у нее драгоценности.

— Где их нашли, миссис Черри? — спросил он.

— В спальне… сэр… они запутались в подзоре кровати.

— Это… невозможно, — запинаясь, проговорила мама, — Они всегда хранились в шкатулке.

— Но Джэйн ведь нашла их, не так ли? — сказал отец.

— Да, сэр. Я приведу ее.

Мы все были поражены. Без всякого сомнения, перед нами находились украденные изумруды. Как же они могли попасть в подзор?

Но факт оставался фактом, мы вновь обрели пропавшие драгоценности, и следовало известить об этом полицию.

Все сошлись на том, что никакого ограбления не было, украшения забыли положить в шкатулку, а потом они каким-то образом запутались в подзоре кровати. Видимо, окно забыли закрыть, и, вернувшись и найдя его открытым, мои родители решили, что произошла кража со взломом.

Перед полицейскими извинились за беспокойство и пожертвовали солидную сумму на благотворительность, связанную с полицией. Дело закрыли.

Поэтому я и запомнила так живо свою первую встречу с Карлом Циммерманом.

ПАНСИОН «СОСНОВЫЙ БОР»

Родиться в такой дружной семье было счастьем для меня. В эту раннюю пору моей жизни было замечательно чувствовать свою защищенность, зная, что кроме родителей у тебя есть и другие близкие люди, такие, как тетя Ребекка со своим семейством в Корнуолле, где я иногда проводила праздники, или Картрайты, родственники мужа тети Ребекки, которые всегда очень тепло относились ко мне.

Тетя Ребекка приходилась маме сводной сестрой, и они были очень привязаны друг к другу.

Нравился мне и дядя Джеральд, брат моего отца.

Он служил в гвардии, имел чин полковника, был женат на тете Эстер, весьма энергичной даме, полностью посвятившей себя мужу и своим двум сыновьям, моим кузенам Джоржу и Гарольду.