Марк ушел уже довольно далеко, а Дениз все наблюдала за ним. Вот он приблизился к высокому мужчине, стоящему почти в полосе прибоя. Среди пестрых купальников, сари, шорт, ярких маек, топиков и тому подобной пляжной одежды он почему-то выглядел одиноким и мрачным. Из-за дальности расстояния Денни не могла разглядеть его лица. Просто ее удивила демонстративная отчужденность, даже какая-то чужеродность праздным туристам.
Она не выносила демонстраций, какими бы причинами они ни были вызваны: подчеркиванием индивидуальности, созданием особенного образа или важностью возложенной миссии.
Ее это всегда раздражало. И еще она ощутила укол странного беспокойства. Как назло, в голове опять всплыли подробности вчерашнего неприятного инцидента, но Дениз быстро одернула себя. Не хватало, чтобы вчерашний грубый напористый мужлан с жилистыми руками, выволакивающими ее на берег, и стальными пальцами, впившимися в нежную кожу, мерещился ей на каждом шагу! Дениз даже вчера очень внимательно рассматривала бармена, заподозрив беднягу во всех вышеперечисленных преступлениях. Только потом, убедившись, что это не он, облегченно вздохнула и отошла от стойки, оставив беднягу мучиться догадками по поводу ее пристального взгляда. И опасениями, не его ли разыскивает по всему миру Интерпол.
Дениз усмехнулась и посмотрела на часики.
Время приема солнечных ванн давно истекло, и Дениз только сейчас осознала, что плечи немного горят. Вот теперь и купание отменяется, нужно срочно бежать в бунгало и мазаться специальным кремом — между прочим, собственного изготовления.