Свежие фрукты! Это прозвучало весьма заманчиво.

«А почему бы и нет?» — подумала Гленна.

— Если вы уверены, что нам хватит на двоих, я с удовольствием приму ваше предложение, мистер Александер, — сказала она.

— Хватит и еще останется, — улыбнулся он. — Только, пожалуйста, зовите меня просто Кейн.

— Принято, Кейн, — ответила Гленна и, просияв своей ослепительной улыбкой, окончательно очаровала Кейна.

Кейн отошел, но вскоре вернулся назад, на этот раз — с плетеной корзинкой, в которой соседствовали румяные яблоки, золотые груши и серебристые баночки с консервированными деликатесами.

— Кушать подано, — шутливо сказал Кейн, подражая провинциальным актерам, изображающим английских дворецких, и принялся раскладывать свои сокровища на свободной скамье.

За ужином Гленна немного подрастеряла свою застенчивость и стала даже отвечать на шутки, которые щедро расточал заметно повеселевший Кейн.

— Вы позволите задать один очень личный вопрос? — неожиданно спросил Кейн, когда их ужин подошел к концу.

— Думаю, что да, — пожала плечами Гленна, — хотя хочу сразу же предупредить вас, Кейн, о том, что в моей жизни не было ничего не только загадочного, но даже просто по-настоящему интересного.

— Не могу понять, почему вы это делаете, — сухо заметил Кейн. — Ведь вы еще так молоды.

— Но мне уже двадцать, мистер Кейн, — удивленно ответила Гленна. Она решила, что ее спрашивают о том, почему она путешествует одна, без провожатых. — И надо вам заметить, что занимаюсь я этим, начиная с шестнадцати лет. Кстати говоря, Перл, Кэнди и Сэл начали делать это еще раньше.

— Очень откровенный ответ, Гленна. Скажите, и вам нравится это? — В голосе Кейна прозвучало неприкрытое изумление.

— Когда привыкнешь, это начинает казаться довольно сносным, — спокойно пояснила Гленна. — Впрочем, вы должны знать это не хуже меня. Я уверена, что у вас в этом деле большой опыт.