— Не говори чепухи, — поспешил успокоить ее Кейн. — Скажи, вы давно с ней знакомы? И, кстати, ты не знаешь ее фамилии?

— Знакомы мы с ней недавно, — натянуто ответила Перл, — а что касается фамилии, то можешь сам спросить у нее, если тебе так хочется. Вообще-то говоря, девушки нашей профессии предпочитают обходиться без фамилий. Так по крайней мере есть надежда, что твои родные не узнают о том, чем ты промышляешь в этой жизни. Возьми хоть меня, например. Когда мне едва исполнилось пятнадцать, я сбежала из дома с одним мерзавцем, который обещал мне золотые горы, а затем взял да и бросил. Куда мне было деваться? Понятное дело, в публичный дом! А теперь прикинь, что стало бы с моими родителями, если бы до них дошло, что их дочь — шлюха в Сент-Луисе! Нет, фамилия в нашем деле — вещь совершенно лишняя.

— Прости, — пробормотал Кейн, чувствуя неловкость перед Перл, с которой так жестоко обошлась судьба.

— Не за что! — резко рассмеялась Перл. — Сейчас я живу намного лучше, чем у себя дома. Думаешь, там моя жизнь сложилась бы легко и весело? Как бы не так! Останься я дома, была бы сейчас замужем за каким-нибудь фермером, крутилась бы как белка в колесе — стирать, убирать, готовить. Да еще куча сопливых детишек под ногами толкалась бы.

— Мне всегда было интересно узнать, любят ли шлюхи свою работу, — задумчиво произнес Кейн.

— Лично я — да, — ответила Перл, гордо запрокидывая голову.

— А Гленна? Ей тоже нравится ее работа?

— Я уже сказала, — огрызнулась Перл, которой надоело слышать это имя, — спроси у нее сам. Я в чужие дела не лезу.

Ей было очень неприятно, что мысли Кейна постоянно обращаются к другой женщине. И что он, совсем слепой, что ли? Ведь любой нормальный человек с первого взгляда должен понять, что Гленна не имеет ничего общего с «ночными бабочками».

В свою очередь, Кейн, видя, что все его попытки разузнать что-нибудь о Гленне оказываются безуспешными, решил закрыть эту тему.