Пациент, однако, не отвечал. Бессильно повиснув в кресле, он бормотал что-то бессвязное, поминая бедного Фрэнка. Док Паркер использовал это время на то, чтобы объяснить в камеру, какой препарат он собирается сейчас ввести Кемпински. На первом плане появились шприц и ампула.

– Послушайте, – подал голос с места Ханнес, – сколько длился допр...

Тьфу, беседа?

– Объем записей – шесть с половиной часов, – отозвался из-за пульта Рыжий Доббин. – Док крутит Камински уже бог весть сколько.

– Что? Вы хотите, чтобы мы шесть часов слушали эту ерунду?!

– Пусть лучше Ларри прокопает этот материал – тем более, что есть

распечатки – и если будет надобность, примет срочные меры. А поутру нам изложит... суть дела, – предложил Шреттер. – А сейчас надо срочно решать, как быть с Замком, Наместником и с баронами, вообще...

Собравшиеся одобрительно загудели; догадливый Доббин убрал изображение и стало ясно, что уже наступили сумерки.

– Идет, – с облегчением сказал Ларри. – С господином Наместником делаем так: Супи пусть подтянет своих молодцов к Замку, а Джо-Пожарник и Питер-Петух пусть возьмут по пятерке ребят понадежнее и топают по Большой Круговой туда же. Чтоб их сиятельство видели, что визит вежливости будет... официальным. Совершенно официальным, скажем так. Все это к четвертому часу ночи – не позже. К восходу Трех Лун. Там все ждут меня.

– А сам-то ты Ларри... Вы там не начудите, ребята? – подал голос Ханнес.

– У меня свой расчет.

– Ну, как господину Помощнику Шерифа будет угодно... – с

преувеличенным, но, все-таки уважением, буркнул старейшина.

Ларри напрягся и постарался с той стальной непринужденностью, которая так хорошо давалась Робу, выдавить из себя:

– Вы свободны, ребята. Кон, ты останешься на минутку...

Для первого раза получилось средне. Но ему подчинились.

– Только не надолго, – поспешил предупредить Кон, провожая взглядом спину последнего из выходивших из кабинета. – Мне еще на узел связи – дозваниваться до Супи. Через обычный эфир такое, думаю, кидать не стоит?..