— Да брось ты! Мы с Чарльзом уже выработали иммунитет против косых взглядов нашего добропорядочного общества.

— Николь в будущем году начнет посещать начальную школу, — сочла своим долгом напомнить Терри. — Она может столкнуться с враждебностью со стороны других детей. Я так же не хочу, чтобы из-за меня у Чарли начались неприятности на работе.

— Ну, во-первых, вряд ли кому-нибудь в школе придет в голову мысль связать имя Терезы Лоунс с Николь Торелли, — спокойно возразила Памела. — И, во-вторых, если твое фото появится на развороте журнала, то у Чарли будет на работе только одна проблема — каждый мужчина станет просить его добыть твой автограф.

— Я всегда считала, что бухгалтеры очень сдержанные люди — самые правоверные члены общества.

— Они…

Разговор сестер прервался с появлением мужа Памелы.

Терри, не мешкая, решила ввести его в курс дела:

— У меня появился шанс заработать кучу денег и расплатиться наконец с долгами отца еще до Рождества.

Чарли открыл рот от изумления.

— Каким образом? — спросил он, с трудом приходя в себя. — По моим самым оптимистичным подсчетам, тебе потребуется на это не меньше года. — Вдруг его лицо потемнело. — Эй, послушай… Надеюсь, ты не согласилась на гнусное предложение Кремера?

— О, ради Бога, Чарльз! — возмутилась его жена. — Конечно, нет! Как ты мог подумать об этом?

— Действительно. — Он виновато посмотрел па свояченицу. — Извини. С каким удовольствием я двинул бы по поганой физиономии этого мерзавца.

С удовольствием представив, как будет выглядеть «подправленное» ее родственником красивое лицо Джефри, Терри все-таки решила успокоить Чарльза.

— Не беспокойся. Как бы мне ни нужны были деньги, я никогда не буду торговать собой.

Какое-то время за столом стояла тишина — каждый погрузился в свои мысли, потягивая горячий кофе. Молчание нарушил Чарли.

— Терри, никто не считает, что ты должна отвечать за ошибки своего отца. Мы твердим тебе об этом уже пять лет. И перед законом ты чиста.