Из терминала начал выходить главный цилиндр обиталища диаметром семнадцать километров. Выдвинулся на тридцать два километра и обнаружил венок из звездоскребов. Сотни тысяч окон загорелись под ленивым послеполуденным солнцем. Цилиндр вышел полностью, и космическое пространство приняло обычный вид. Огромное искажающее поле, сложившись, спряталось в широкий воротник коралла у южного основания обиталища, что засвидетельствовала флотилия столпившихся вокруг него космоястребов.

Согласие постаралось не показать изумления и отреагировало на пришельца весьма сдержанно.

– Приветствуем вас,– хором сказали Транквиллити и Иона Салдана. В голосах их сквозило явное самодовольство.

Вот уже десять часов кабина лифта скользила по направляющим шахты, соединявшей Супра-Бразильский астероид с одноименным штатом Центрального правительства. Плавное, бесшумное скольжение. Казалось, он стоит на месте. О скорости передвижения (три тысячи километров в час) можно было догадаться, лишь когда мимо проносилась другая кабина. Так как окна шахты были с другой стороны, пассажиры этого не видели. «И слава Богу, – думали операторы. – Видеть, как на тебя с невообразимой скоростью несется другая кабина, – зрелище не для слабонервных».

Перед тем как войти в верхние слои атмосферы, кабина лифта сбавила скорость. Стратосферы она достигла в тот момент, когда над Южной Америкой занялся рассвет. Зрелище не внушало пассажирам оптимизма: большую часть континента и треть южной Атлантики заволакивали непроницаемые грязно-серые облака. Когда кабина приблизилась к вспененному слою облаков на десятикилометровое расстояние, Квинн разглядел целую армию воздушных потоков, из которых состоял гигантский циклон. Потоки эти на опасных скоростях наскакивали один на другой.