Повисла долгая пауза.

– Вмешиваться мы не станем,– заявила Армира. – По двум причинам. То, что произошло на Лалонде, случилось оттого, что вы явились туда. Одно дело – межпланетные путешествия и научные исследования, а другое – физическое действие.

– Мы не отрицаем нашей ответственности за содеянное.

– Да, больше вам ничего не остается.

– Ну хорошо, с некоторыми оговорками мы согласны с вашим заявлением, хотя оно нам и не нравится. Какова же вторая причина?

– Видите ли, среди моего народа нашлись люди, которые были на вашей стороне и голосовали за оказание вам помощи. Возможность вмешательства была отвергнута. То, что мы узнали о вас, свидетельствует: ваша раса справится с кризисом. Эденисты – люди зрелые и могут справиться с ситуацией.

– Я не эденист,– сказала Иона. – Что же будет со мной и другими адамистами, большинством расы? Вы что же, устранитесь и позволите нам погибнуть? Разве выживание элиты, философов и интеллектуалов, оправдывает гибель остальных людей? Если это цена за улучшение расы, мы такую цену платить не собираемся.

– Если я могу быть судьей, то и ты тоже спасешься, Иона Салдана.

– Приятно сознавать. Но что будет с остальными?

– Это уж как судьба распорядится. Больше я ничего не могу сказать. Наш официальный ответ: все зависит от вас самих.

– Такой ответ не может служить утешением,– прокомментировало Согласие.

– Я понимаю ваше огорчение. Единственный мой совет: не делитесь с адамистами тем, что вы узнали о моей расе. Если они прознают, что нам известно, как разрешить кризис, это ослабит их собственную инициативу.