Хэрриот Вернон исполняла свои придворные обязанности со счастливым лицом человека, потерявшего свою добродетельность, но завоевавшего весь мир. В те часы, когда принц Уэльский не искал встреч наедине с этой дамой, он писал в своих покоях стихи, посвященные ей.

Как могла допустить Шарлотта знакомство принца с такой соблазнительницей?— спрашивали друг друга люди. Не в том ли дело, что королева беременна? Ерунда, это состояние было для нее привычным. И все же она совершила ошибку. Если безрассудная Хэрриот окажется в интересном положении, скандала не миновать.

Мадам Швелленбург сновала по своим покоям, ухаживая за лягушками и жабами, которых она держала в стеклянных клетках. Женщина мысленно бранила принца Уэльского. Она постучала пальцем по табакерке и услышала последовавшее за этим кваканье. Она гордилась тем, что обучила своих любимиц квакать по этому сигналу. «Умные лягушки,— сказала она.— Славные маленькие жабы... они гораздо лучше принца Уэльского. Я должен поговорить с королевой о плохом принце».

И она действительно поговорила с королевой. Принц Уэльский завел любовный роман с испорченной молодой женщиной Хэрриот Вернон. Она, мадам Швелленбург, советовала не допускать эту особу в королевские покои. Если бы королева прислушалась к ее словам, Хэрриот Вернон не появилась бы при дворе. Шарлотта не любила мадам Швелленбург, но нуждалась в человеке, с которым можно поговорить по-немецки. Швелленбург находилась при королеве с момента прибытия Шарлотты в Англию. Королева уже привыкла к ней. Эта женщина была дерзкой, она доставляла много хлопот, была крайне непопулярна при дворе... однако оставалась возле королевы, оскорбляла фрейлин, раздражала их своими «любимицами», требовала, чтобы с ней подолгу играли в шахматы.

Она ошибочно считала, что королева не может обойтись без нее и что она управляет домашним хозяйством Шарлотты.