— Твоим будущим родственникам нужна тихая, спокойная девушка, которая станет сидеть возле Маркуса, преданно заглядывая ему в глаза, — сказала она. — Ты — огонь, яркая, общительная и не намерена привязывать себя к мужу. Его мать и сестра, по-видимому, считают, что ваш союз заключается в ущерб интересам жениха. Не столько материальным, сколько моральным.

В семье Хатт ее недолюбливала даже Вивьен, младшая сестра Маркуса. Видимо, это объяснялось тем, что она ревновала обожаемого брата. Пусть порадуется…

Эмелин появилась дома под вечер и безотлагательно появилась в комнате дочери.

— Я увидела твою машину, — пояснила она. — Почему ты здесь, дорогая?

— Долго рассказывать. Лучше иди переоденься и поужинай. Потом поговорим.

— Что произошло? — не унималась мама. — Ты поссорилась с Маркусом?

— Не волнуйся за меня. Неужели я не имею права без предварительного звонка приехать к родителям? Мы с вами так редко видимся…

— Не увиливай, Джойс, — строго сказала Эмелин, устраиваясь в кресле у окна. — Я слишком хорошо тебя знаю. И твой непростой характер. Ты всегда предпочитаешь решать проблемы бегством. Бедный Маркус, его терпению можно позавидовать.

— Хватит жалеть других, подумай обо мне. Мои ощущения и желания вас больше не волнуют? Я чувствую себя так, словно пытаюсь достучаться до каменного изваяния.

— Все-таки поругались, — констатировала мать. — Ты неисправима.

Джойс на одном дыхании описала ей события первой половины дня. Она с нескрываемым восторгом говорила о предложении Тейлора, а о ссоре с Маркусом упомянула вскользь. В мыслях она уже гуляла по каирским улицам, держала в руках образцы древней культуры, а в свободное время нежилась на пляже. Но маму больше интересовали пошатнувшиеся отношения дочери.

— Ты хочешь разорвать помолвку? — спросила она с тревогой в голосе.

— Еще утром собиралась просто договориться с ним насчет переноса даты свадьбы, а теперь не знаю. Он не верит мне, давит, требует. Я не намерена собственноручно надевать на себя кандалы такого замужества.