– Ланчестер... – пробормотал он.

– Лоринг Ланчестер, – подсказал Хадденхем.

– Ах да, – кивнул Диего.

Старинная династия купцов, промышленников викторианской эпохи и колонизаторов. Сейчас это всего лишь нелепый анахронизм... Им давно уже следовало оказаться поглощенными какой-нибудь международной банковской империей, если, конечно, их волнует проблема собственного выживания.

Острый как бритва ум Диего быстро обозрел весь ландшафт финансовых учреждений Сити, вплетенных в международную сеть, которая, точно паучья паутина, пронизывала все Соединенное Королевство, Европу, Америку и Тихоокеанский регион. И одним из самых хитроумных пауков, умело использовавших малейшую вибрацию этой невидимой сети к своей пущей выгоде, был Диего Саес.

При этом он, казалось, избегал общественной известности. Все, что вы могли сказать, встречаясь с этим человеком, – перед вами латиноамериканец с испанскими корнями, о чем свидетельствовали энергичные черты волевого лица, человек, сам всего добившийся в жизни. Не существовало никакой династии Саес, которая поддерживала бы его, открывала для него двери банков и прочих влиятельных учреждений.

В Нью-Йорке и Сиднее, Токио и Милане, Франкфурте и Лондоне эти двери магическим образом распахивались перед ним, стоило лишь проявить хоть малейший интерес к какому-либо предприятию или инвестиции. Репутация одного из самых хитроумных финансовых операторов на мировой арене опережала его появление. Саес умел делать деньги. Очень много денег.

Это обстоятельство заставляло топ-менеджеров крупных компаний, банкиров, инвесторов и промышленников стремиться присоединиться к его проектам, однако Диего никогда ни с кем не делился своими намерениями.