Огненно-рыжая Клэр с яркими зелеными глазами была гордостью и отрадой своей матери. Три года назад ее отправили в Париж. На эту поездку возлагали большие надежды. Целый год она жила у своих дальних родственников, обучаясь парижским великосветским манерам, а затем, когда ей исполнилось семнадцать лет, ее наконец вывели в высший свет французской столицы. Тетя Берта тосковала по дочери. С каким восторгом она читала и перечитывала письма, повествующие о бесконечных балах, раутах, званых вечерах, цитировала стихи и посвящения, написанные в честь Клэр и воспевающие ее брови или белизну ее шейки. На какие только жертвы ни пускалась тетушка, чтобы сэкономить деньги на новый наряд для Клэр или дорогие ленты для ее большой меховой накидки. Ничего не могло сравниться с радостью мадам де Бюи, когда она узнала, что за ее дочерью ухаживает наследник трона одного маленького, но богатого Балканского королевства. Когда Клэр получила приглашение посетить родину принца, мадам де Бюи проявила чудеса экономии и бережливости, но гардероб, достойный потенциальной невесты наследника трона, был заказан и изготовлен в срок. С дороги Клэр прислала письмо, извещавшее о том, что с ней все в порядке. Не однажды тетушка Берта слышала льстивый шепот за своей спиной:

— Принцесса Клэр, принцесса Клэр…

Затем восторженные письма начали приходить все реже и реже, их содержание становилось короче и сдержанней. Наконец, известия от Клэр вообще перестали поступать.

И вот после долгих недель полного молчания, когда тетя Берта сходила с ума, не зная ничего о судьбе своей дочери, та вернулась — тайком, под покровом ночи; Клэр выглядела просто ужасно: под глазами сгустились черные тени, воспаленный взгляд казался безумным. Она рассказала, что Максимилиана Рутенского застрелили, после чего пытались убить и ее, чтобы инсценировать двойное самоубийство.