Нерида посмотрела на деда, забывшегося беспокойным сном. Его грудь медленно вздымалась и опадала, ребра проступили наружу. Снова на ее плечи ложилась ответственность. Во второй раз за год. Что ж, зато отныне она будет сама себе хозяйкой.
– Об этом и говорить нечего, – безапелляционно заявила девушка. – Гостиница мне не по карману. Сойдет и фургон.
Она нежно погладила Нортона по руке. Необходимость ухаживать за дедом не напугала, а разозлила ее, Нерида потрясла головой, отгоняя недобрые мысли, и решительно направилась к двери.
– Подожди минутку, – окликнул ее начальник полиции. – Этот человек арестован. Он никуда не пойдет. И ты тоже.
– Я вам не какая-нибудь подыхающая с голоду дворняжка! – фыркнула Нерида. – Сама могу о себе позаботиться!
Если она рассчитывала застать Слоуна врасплох, то ошиблась; порох у него оставался сухим.
– Так же, как вчера вечером? – укоризненно спросил он. – Только не в Кокерс-Гроуве, если не хочешь угодить за решетку.
– Ну и пусть. По крайней мере, будет время позаботиться о дедушке!
– Как же ты о нем позаботишься, если будешь сидеть в другой камере?
Тут она наконец умолкла. Слоун воспользовался этим, чтобы дать несколько указаний Бейли.
– Док, готовьте мистера Ван Ская к перевозке. Я тем временем подгоню фургон, и мы с Бобом Кепплером доставим больного к Салли Катберт.
– Это мой фургон, мистер Макдонох, – вмешалась Нерида. Она никому не позволит командовать собой! – И дед тоже мой.
– Зато он мой арестант. А фургон я конфискую как вещественное доказательство. Так что не спорь и делай что велят.
Она побледнела от злости. Ужасно хотелось врезать этому наглому полицейскому в небритую челюсть, но она сдержалась. Ах, он считает ее ребенком? Пусть считает. Ему же хуже.
Слоун знал, что девчонка смирилась ненадолго, но был рад и этому. Он заговорил отеческим тоном.