- Эта дама, - продолжал наместник, - пользуется большой благосклонностью матери султана. Ты должен защищать ее жизнь любой ценой.

- Да будет на то воля Аллаха, господин, - ответил Али-паша, ударяя себя в грудь кулаком и кланяясь своему хозяину.

Стоя во внутреннем дворе, наместник смотрел, как они уезжают, - шесть человек, одинаково одетых в темно-синие мешковатые шаровары, белые рубашки с длинными рукавами, темно-синие шелковые жилеты, расшитые красными и серебряными нитями, в длинные темные накидки, закрывавшие бока лошадей, черные высокие ботинки и небольшие тюрбаны. Они выехали рысью, ничем не отличаясь от любой другой группы гонцов, отъезжающей из дворца. Часовые на стенах дворца даже не удосужились посмотреть на них. Арслан-бей с облегчением вздохнул.

Они ехали из города к северо-западу, Али-паша впереди, Мурроу с ним, Валентина и Патрик ехали посередине, тыл прикрывали двое людей Али-паши. На юго-востоке виднелись несколько параллельных горных цепей. Они уезжали от гор, направляясь к плоским степным равнинам.

Побережье Крыма было землей красивой и плодородной. Дорога вилась мимо цветущих вишневых, персиковых, абрикосовых, яблоневых и грушевых садов. Они ехали мимо полей пшеницы и ячменя, молодые всходы которых яркими зелеными пятнами выделялись на окружающем ландшафте. Виноградники только начали проявлять признаки жизни. На лугах под весенним солнцем пасся скот и весело играли ягнята вокруг своих более спокойных матерей. Англичане получили бы большое удовольствие от этой картины, если бы они ехали помедленней. Однако им приходилось ехать быстро. Они были еженедельными гонцами к Великому хану и ехали, как обычно, остро ощущая важность своей задачи.

Перед заходом солнца они остановились в небольшом караван-сарае. Благодаря счастливому случаю они были единственными гостями хозяина. Еще раньше Мурроу деликатно объяснил своей кузине, что мужчина-мусульманин садится на корточки, когда облегчается, застенчиво поворачиваясь спиной к другим, занятым тем же делом.