- Положи его здесь, Али-паша, - сказал мужчина. - Он ранен? Надеемся, что ты не встретился с Тимур-ханом.

- Нет, сынок. Капитан отнесет женщину ко мне, - раздался приятный, но твердый голос.

- Женщину, мать?

- Женщину, сынок. Где твои глаза? - Она тихо засмеялась. - Ведь я права, не так ли, Али-паша?

- Да, Борте Хатун, вы в самом деле правы, - сказал капитан и осторожно поставил Валентину на ноги, которые, казалось, окрепли, с тех пор как с нее сняли промокший плащ.

Валентина стащила маленький тюрбан и, вытащив несколько черепаховых гребней, свободно распустила свою длинную косу.

- Клянусь Аллахом! Это женщина! Что за проделки, Али-паша? Почему женщина одета мужчиной? Почему ты привез ее сюда? Кто она?

- Столько вопросов, Давлет. - Борте Хатун засмеялась. - Наши гости замерзли и промокли, сынок. Лучше сначала предложи им поесть и согреться у нашего очага. Я уверена, что эта женщина не угроза татарскому народу, что бы ни привело ее сюда.

Борте Хатун снова повернулась к капитану.

- А кто эти два чужестранца, они не турки, Али-паша? Они скорее похожи на европейских путешественников, а не на оттоманских посланцев.

- Позвольте им самим представиться. Борте Хатун, - капитан посмотрел на Мурроу.

- Я капитан Мурроу О'Флахерти, госпожа, член торговой компании О'Малли Смолл. Несколько месяцев назад я отплыл из Лондона. Это мой младший брат Патрик, лорд Вурк. Дама, которая сопровождает нас, леди Валентина Бэрроуз, наша кузина. Она приехала, чтобы встретиться с вами, госпожа, но это объяснит она сама, а не я.

Борте Хатун кивнула, все понимая.

- Тогда, - сказала она, - мы подождем.