Темные глаза Глории вспыхнули от гнева. Она судорожно сглотнула и, тяжело дыша, продолжила:

— Чарлз пытался с ней встретиться, поговорить, но она даже не отвечала на его звонки. И тогда в него словно бес вселился. Он стал злым, раздражительным, перестал спать, много пил. Четыре дня назад он ушел ночью из дому… и больше не вернулся. Сам ли он бросился под колеса автомобиля или в подавленном состоянии случайно попал под машину, этого мы никогда не узнаем. Но для меня убийцей навсегда останется Кассандра Ллойд. Если бы ты знал, мой мальчик, что мне пришлось пережить, если бы ты только знал!

Федерико ласково взял ее руки в свои. Волнение душило его. Он не знал, как реагировать на слова Глории. Мог ли он предвидеть, что брату уготована подобная участь? Бедный Чарлз!

Несчастная женщина залпом выпила коньяк, уронила голову на руки и зарыдала. Наступило гнетущее молчание. Федерико неподвижно стоял перед ней.

— Почему же ты так долго молчала об этом? Ты прекрасно знала, где я, — наконец жестко произнес он, глядя на Глорию. — Я уверен, что смог бы предотвратить трагедию.

— Послушай, Федерико, — Глория подняла голову и в отчаянии всплеснула руками, — я не могла… не хотела. Пойми меня правильно. Ты знаешь Чарлза, он так ревниво относится… относился, — поправилась она, — к любому вмешательству в его личную жизнь. А теперь мое единственное желание — месть. Мой сын погиб в расцвете лет. У меня никогда не будет внуков. И я хочу, чтобы именно ты отомстил Кассандре за моего сына. Ты богат, влиятелен. Меня не волнует, как ты это сделаешь, но эта девчонка должна пожалеть о том, что вообще появилась на белый свет.

— Нет, — резко ответил Федерико. Какое-то время он всматривался в побледневшее лицо Глории, затем объяснил: — Ты забыла о том, что Эрнандесы — люди чести и никогда не опустятся до мести женщине.