Пит мог бы ему и возразить: нет, не зря, он инициативен и нацелен на карьеру, и женитьба, как, впрочем, и дети, не стоят у него, Пита, на повестке дня.

Через плечо Тима Пит проследил, как Мартин Рендольф, соперник, с которым у него были лучшие отношения, наклонился вплотную к секретарше. Слишком уж близко и интимно для женатого мужчины.

— Так о чем ты? — спросил Пит, когда увидел, что рука Дженет нашла руку Мартина и взволнованно пожала ее.

— Я сейчас раздумываю о матери маленького ребенка.

Пит про себя простонал и зашагал дальше. Почему он решил, что Тим обязательно забудет про младенческий рев Рейчел?

— Я с ней незнаком.

Тим ответил ему взглядом агнца.

— Но ты должен был знать ее достаточно хорошо.

— Ребенок не мой. — Пит понизил голос и обрисовал дилемму, перед которой оказался минувшей ночью.

Тим хихикнул.

— Она замужем?

— Больше нет. Она вдова.

— Это хорошо.

— Что хорошего? Что женщина потеряла мужа?

Тим скорчил гримасу.

— Нет, не это. Но ты же знаешь про то, как Кляйн относится к разводам.

— Брось! Я вовсе не собираюсь вступать в какие-либо отношения с этой женщиной.

— Но если бы ты собрался, то Кляйн, пожалуй, не нашел бы к чему здесь придраться.

Пит покачал головой.

— Забудь об этом. Она и ребенок уйдут еще до того, как я вернусь домой.

— Ох как зря. — В голосе Тима проскользнуло изумление. — Готовая семья, да еще с ребенком, сразу бы поставила тебя во главу списка.

— Гнусно это — женитьба по расчету, — парировал Пит. По правде говоря, он вообще не видел причины для женитьбы.

Энн успокоила плачущую Рейчел и постучала в дверь дома миссис Эшби. Дверь, заскрипев, приотворилась дюйма на два, и пара тусклых глаз взглянула на нее. Прошло несколько секунд, цепочка зазвенела, и дверь распахнулась.

Энн поманили, она сделала шаг внутрь. От всего, начиная с мебели черного дерева и кружевных салфеток до кофейного столика, на котором лежал очередной вариант «Унесенных ветром», пахло тридцатыми годами и нафталином.