– Они прелестны. Вы и оформляете открытки, и руководите компанией?

– Нет, я не единственная художница. Мы скупаем эскизы во всем мире. Днем я занимаюсь бизнесом, а приходя домой, рисую, пока хватает сил. За семь лет я сожгла невероятное количество свечей. Поэтому компанию я так и назвала – «Пламя свечи».

Гейб тихонько присвистнул.

– Вы многого достигли. Должно быть, компания – предмет вашей гордости. – Он перевернул последнюю страницу обложки каталога. – А все эти люди на фотографии – ваши сотрудники?

Теперь Тесс оттаяла.

– Да, даже больше, не просто сослуживцы… мы как семья. Все двадцать. – «Все двадцать безработных», – с грустью подумала она.

Тесс протянула руку, собираясь рассказать о некоторых из них, и случайно коснулась ладони Гейба.

– Вот это Бернис. – Она указала на симпатичную женщину с величественной фигурой. – Она бухгалтер. – Почему-то рука предательски дрожала, а голос срывался. – По понедельникам Бернис приносит на работу кофейные пирожные, которые готовит на прокисших сливках. А это Клэй – работница склада. Недавно в автомобильной аварии погиб ее сын. Мы все ужасно переживали. А вот наши вечера и пикники, это команда по софтболу…

Складно получается. Беспокойство за судьбы друзей и коллег почему-то вызвало комок в горле, но Тесс решительно подавила в себе признаки меланхолии. Еще немного, и она заразит этим самоуверенного Гейба Моралеса.

Напитки поднесли вовремя, иначе Тесс предстала бы перед ним полной дурой. Сделав медленный глоток, она снова встретилась с его изучающим взглядом. Возможно, всему виной нервы, но почему-то эти карие глаза, опушенные черными ресницами, завораживали ее.

И вновь странное ощущение, будто они уже встречались, охватило Тесс. Откуда оно? Удивительно, но ей представлялось необыкновенно приятным, уютным и правильным то, что этот человек сидел сейчас напротив нее.