– Сэр, боюсь, что моя сестра очень больна. Я должен отнести ее куда-нибудь, где сухо и есть крыша.

– Всему свое время, – сказал Чевиот, впившись в девушку своими блестящими черными глазами.

– Что ты знаешь о моей судьбе? – продолжал спрашивать он.

– Элспет, с тобой все в порядке? – озабоченно спросил молодой человек.

Она болезненно улыбнулась ему, но продолжала смотреть своими необыкновенными глазами на хорошо одетого джентльмена, склонившегося над ней. Затем замогильным голосом спросила:

– Ваше имя… как вас зовут?

– Дензил Чевиот, барон Кедлингтонский, который живет в Кедлингтон-Хаус, – ответил он.

– Чевиот, – эхом повторила она. – Черные бароны. Он с удивлением кивнул:

– Это наше прозвище.

– Все еще неженат, – продолжала она.

– Клянусь небом, правда, – засмеялся Чевиот, – и по всей вероятности, так и останусь холостым.

– Нет, – сказала умирающая девушка. Она попробовала сесть и указала на него пальцем. – Через двенадцать месяцев, начиная с этого дня, вы женитесь. Я предсказываю этот брак, но вместе с ним придет несчастье. Ужасное! – добавила она и содрогнулась.

Чевиот криво улыбнулся.

– Брак – всегда несчастье для мужчины, – сказал он и сам рассмеялся своей шутке.

– Ужасное несчастье, – повторила Элспет Марш. Ее дыхание было частым и тяжелым. – Я вижу золотистые волосы и фиалки. Да, берегитесь рыжих золотистых волос и фиалок, сэр… и черного Чевиота.

– И чего? – Дензил снова резко рассмеялся. – При чем здесь вся эта чепуха с рыжими волосами и фиалками?

Юноша прервал его:

– Увидите, она сказала вам правду. Элспет никогда не ошибается, и это, наверное, ее последнее пророчество, – его голос оборвался. Он опустился на колени и стал растирать маленькие ледяные руки горбуньи, пытаясь согреть их. По его лицу текли слезы.

И снова Чевиот испытал какое-то странное суеверное чувство: может быть, этой девушке действительно было видение. Он знал, что иногда умирающим дается дар предсказывать грядущее, и снова коснулся рукой горба девушки: