Однажды, спрыгнув с седла и бросив поводья слуге, Уорвик заметил:
– Не будь я так влюблен в собственную жену, я бы потерял голову от королевы. Эта женщина достойна того, чтобы вся Англия стала перед ней на колени.
Эти слова немедленно передали Йорку. Тот нахмурился, но промолчал. Слишком уж важным козырем в его руках был граф Уорвик.
…Стоял дождливый декабрь 1460 года. Близ городка Уэйкфилда, несмотря на проливной дождь, шла жестокая сеча. Лазутчики донесли королеве, что неподалеку, в замке Сендель, Йорк оставил своего младшего сына – двенадцатилетнего Эдмунда – с небольшой охраной.
Блистающие глаза Маргариты зловеще сузились:
– Доставить ко мне мальчишку!
Через час юный Эдмунд стоял перед королевой. Она с улыбкой окинула его взглядом. Мальчик был связан, одно плечо в запекшейся крови, из глаз струились крупные слезы. Маргарита знала: слабым местом Йорка, его ахиллесовой пятой была безграничная любовь к сыновьям. Особенно к этому, самому младшему, – красивому мальчику.
– Пусть Йорку сообщат, что его щенок в моих руках.
Для герцога это был страшный удар. Словно обезумев, он бросился на врагов, пытаясь пробиться к сыну. Однако силы были неравны, и в конце концов герцог оказался окруженным со всех сторон ланкастерцами. Конь его пал. Стоя на трупе животного, он продолжал сражаться, пока не рухнул на землю, оглушенный ударом боевой палицы.
Маргарита была ослеплена ненавистью. По ее приказу на глазах едва пришедшего в себя герцога зверски казнили его сына, а королева, наслаждаясь отчаянием Йорка, шутила и смеялась. Затем был обезглавлен и сам герцог, а его голова в бумажной короне выставлена на пике над воротами его родового города Йорка.
Казалось бы, долгожданная победа: Маргарита и ее сторонники отправляются в Лондон и освобождают короля Генриха из плена.
Но ликование Ланкастеров продлилось недолго. Сыновья Ричарда Йорка – Эдуард, Джордж и Ричард – продолжили борьбу. И все же подлинным вождем йоркистов стал граф Уорвик. Закаленный солдат, щедрый и обходительный вельможа, порой излишне вспыльчивый, но всегда справедливый, он считался первым человеком в королевстве, и рядом с ним даже первый претендент на трон Эдуард Йорк, за которого ратовал граф, выглядел довольно бледно.