— Ай! Не стану отвечать.

— Ответь, — прошу я.

Она мешкает, явно рвясь к телефону всей своей художнической сущностью. Звонки не прекращаются.

— У нас с тобой такой важный разговор… А он перезвонит. Который час? — торопливо спрашивает Мел.

Достаю из кармана сотовый и смотрю на экранчик.

— Без четверти три.

Мел взволнованно кивает.

— Какой пунктуальный, — говорит она, пряча улыбку, но ее глаза так и светятся. И слегка дрожат губы.

— Беги! — тверже произношу я.

Мел вновь подскакивает со стула, будто не вставала лишь потому, что я не давала ей команды.

— А ты не обидишься? — заискивающе спрашивает она, уже делая первый шаг к двери.

— Нет! Не обижусь! — восклицаю я.

Мел срывается с места, стрелой влетает в дом, и несколько мгновений спустя изнутри раздается ее кокетливый щебет. Я вновь погружаюсь в раздумья. Не стоит ли, пока не поздно, прекратить этот разговор? Раз Мел так сильно удивлена, стало быть, мне до сих пор вполне неплохо удавалось играть роль весьма довольной своей участью женщины. А что дальше? — звенит в сознании голосок. Надолго ли хватит твоих актерских талантов?

Качаю головой. Нет, пора ставить точку. Начать надежнее всего с доверительной беседы с близкой подругой. Она, может, даст дельный совет. Или подскажет, в чем я не права.

Мел возвращается раньше, чем я ожидала, садится на прежнее место и вновь пытается скрыть радость. При мысли, что я омрачу ее настроение, мне делается неловко.

— Кто это был?

— Гордон, — с деланым пренебрежением взмахивая рукой, отвечает она.

— Тот самый? Гитарист? — уточняю я. У Мел друзей видимо-невидимо. И романов было столько, что даже я в них запуталась.

Она кивает и сосредоточенно нахмуривает брови.

— Ну, так на чем мы остановились?