Эдвард не мог разглядеть лица незнакомки — она шла не поднимая глаз. Однако не это привлекло его внимание. На девушке была лишь тонкая белая сорочка, доходившая до середины бедер, но с таким же успехом она могла купаться обнаженной — мокрая ткань липла к телу, как вторая кожа. Наметанный мужской глаз мгновенно оценил каждую линию и изгиб: высокие полные груди с напрягшимися от холода сосками, тонкую талию и плоский живот с небольшим треугольником волос внизу. Девушка слегка повернулась, показав упругие ягодицы и длинные стройные ноги.

Эдвард почувствовал прилив неудержимого желания и с огромным трудом отвернулся, твердя себе, что, должно быть, слишком долго обходился без женщины, однако немедленно припомнил щедрую на ласки даму, с которой всего неделю назад провел две восхитительные ночи, и с ухмылкой решил, что следует изобрести другую причину.

"Скорее всего это просто деревенская девчонка”, — подумал он и направился к ней, правда, без определенных намерений. Девушка нагнулась, чтобы выжать воду из подола рубашки, и солнечный луч неожиданно заиграл в ее светло-пшеничных косах с золотистыми прядками.

Эдвард остановился как вкопанный и уставился на незнакомку. Девушка словно почувствовала, что она не одна, и подняла голову, прикрыв ладонью глаза. Эдвард, задыхаясь, окликнул ее.

Касси на мгновение застыла и непонимающе уставилась на высокого стройного джентльмена, бегом устремившегося к ней.

— Эдвард!

Девушка помчалась навстречу, бросилась ему на грудь и воскликнула, смеясь сквозь слезы:

— Эдвард, это вправду ты? Не могу поверить! Ты наконец вернулся!