За столиком сидели двое мужчин, пили кофе и курили: один сигарету, другой сигару. Она отвернулась и затаила дыхание. Но молоденькая кассирша была так поглощена жевательной резинкой и нескончаемой болтовней с постоянным клиентом, что Дана почувствовала раздражение.

Между тем она расслышала, как один мужчина сказал другому:

– Мало того что моя жена не верит, будто Грейнджер может ошибиться, он сам, я думаю, такого же мнения о себе.

Дана навострила уши и, несмотря на неприятный запах, разрешила себе вдохнуть полной грудью и слушать дальше.

– Черт, скажи ей, чтобы держалась от него подальше.

– Хотел бы, – ответил мужчина мрачным тоном, – но ее просто раздирает от желания родить еще одного.

Мужчина захихикал, потом энергично почесал в затылке.

– Поправь меня, если я ошибаюсь, но разве это не твоя работа?

Собеседник впился в него взглядом.

– Не будь такой задницей. Я здесь ни при чем, это все Лиз. Чертов доктор заставляет ее измерять температуру, делать то, делать это.

– Может, вам лучше усыновить кого-нибудь?

– Я не хочу чужого ребенка.

– Тогда терпи, Кен, терпи, мужик. Может, хороший доктор Грейнджер сотворит чудо в конце концов.

Взгляд Кена посветлел, и он фыркнул.

– Терпеть не могу высокомерных типов. Как говорят, слишком уж он старается вытряхнуть побольше денег на больницу, в которой сам хочет работать. И знаешь, болтают, что он очень охоч до женщин.

Фред хихикнул.

– Мне кажется, тебе лучше как следует поговорить со своей женой.

– Да, наверно, – согласился Кен. – Только…

– Мэм?

Дана обернулась и посмотрела на девушку за стойкой, которая была вся в нетерпении. Неудивительно, подумала Дана, выстроилась целая очередь, за ней стояли еще двое.

– Простите, – пробормотала Дана, протягивая кредитную карточку, чем еще сильнее разозлила кассиршу. Она сунула карточку в кассовый аппарат, что-то бормоча себе под нос.