– Нет, дорогая. Когда сражаются – это совсем другое. Мужчины сражаются за свою честь. Они руководствуются честью. Честь многих свела в могилу. Сомневаюсь, что из-за нее обязательно надо умирать. Наверное, ты отчасти права, но мужчина ведь должен придерживаться каких-то законов. А кодекс чести – один из них.

Какое-то время Мойра размышляла над словами спутника. Что ж, честь – это, конечно, хорошо. Но, к сожалению, многие люди прикрывались разговорами о чести для убийства других людей. Когда ей говорили, что мужчина «умер с честью», она всегда задавалась вопросом: как это воспринял бы сам погибший? Неужели он пробудится на небесах и радостно закричит, что сохранил свою честь?

Услышав смех Тэвига, Мойра поняла, что размышляла вслух.

– Тебе, дорогая, не очень-то нравятся некоторые поступки мужчин? – спросил он с улыбкой.

– Даже не знаю, как ответить… Я часто об этом думаю. Иногда мне кажется, что мужчины ведут себя очень глупо, но, с другой стороны, в некоторых их поступках – большое благородство. Возможно, я рассуждаю по-женски, возможно, я просто не понимаю мужчин. Меня ведь не учили так, как учат их, не учили рыцарским правилам поведения.

– Да, конечно. Женщин учат давать жизнь, а мужчин – забирать ее у других. – Тэвиг остановился и протянул Мойре бурдюк с водой, который прихватил из хижины рыбака. – Женщины не созданы для того, чтобы забирать жизнь, поэтому они часто не понимают мужчин.

Утолив жажду, девушка вернула бурдюк. Едва заметно улыбнувшись, сказала:

– Не могу с тобой согласиться. Конечно, женщин не учат воевать и совершать героические поступки, но некоторые из них иногда испытывают желание убить. Просто женщины не совершают убийств ради чести.

Сделав из бурдюка несколько глотков, Тэвиг утер губы тыльной стороной ладони и, снова улыбнувшись, спросил:

– А что заставило бы женщину убить?

– Очень уж странный у нас разговор, – пробормотала Мойра.