— Удели мне один час твоего времени.

Она притопнула носком ботинка и поджала свои полные алые губы.

— Я уделю тебе час, если ты сделаешь то же самое.

— Что?

— Если я потрачу свое рабочее время с тобой в доме, ты должен будешь столько же времени проработать со мной снаружи. Твой двор в беспорядке. Тебе нужно научиться о нем заботиться или нанять кого-то, кто станет этим заниматься.

Он почесал колючий подбородок, чтобы скрыть улыбку. Многие женщины пытались грубо ему льстить. Лили к ним явно не относилась.

И ему это нравилось. Черт возьми, ему это слишком нравилось!

— Идет.

Лили посмотрела на мужчину рядом с собой.

Лицо Рика блестело от пота. Время от времени ручеек стекал по его мощной челюсти и вниз по жилистой шее, капли скользили под влажный воротник его серой футболки, что очень отвлекало Лили.

Она дала Рику час. Он дал ей два. Его внимание к деталям, то, что он не боялся запачкаться, произвело на нее впечатление. Он вел себя не так, как другие богатые клиенты Лили, которые только указывали, отдавали приказы и старались не запачкать не только рук, но и ног. Рик же достал из своего грузовика пару поношенных кожаных перчаток и принялся за работу рядом с ней, иногда оказываясь так близко, что они задевали друг друга руками, пальцами и бедрами. Каждое прикосновение обжигало Лили.

Она выпрямилась, надеясь, что не показалась ему идиоткой, когда тараторила про ненужные ему данные по дизайну садов. Но ведь она, когда нервничала, всегда болтала о работе. А Лили очень нервничала из-за Рика.

— Еще полно дел, но по крайней мере твой двор уже не похож на дикие заросли шиповника.

Он поморщился, стащил через голову футболку и вытер ею пот с лица. При этом на его упругой загорелой коже заиграли мускулы.

Лили проглотила слюну. У этого мужчины скульптурное тело — широкие плечи, узкие бедра, бугрящиеся бицепсы, потрясающие грудные мышцы, плоский живот. Ради всего святого, ей уже доводилось видеть мужчин без рубашек, и, черт побери, если она не прекратит глазеть, он это заметит и… Она подняла глаза и встретилась с пристальным взглядом его глаз. Ее щеки запылали, но не от усталости и не от сырости, окутывавшей двор, как одеяло.