Потом она начала привыкать. Она стала начинать свой день, выходя в сеть, она стремилась поскорее проверить, пришло ли ей письмо по e-mail. Чаще письма приходили, и ей так нравилось читать эти маленькие буквы на белом экране: читая их, она чувствовала тень далекой жизни прямо здесь, рядом. Это была совсем неизвестная жизнь с неизвестными удовольствиями — вечеринками и обедами в черных галстуках, с преимуществами, которых не было у них в России — безопасностью и комфортом.

Ее русская реальность была насыщенной, неопределенной, нестабильной. Каждый день она должна была принимать нестандартные решения, чтобы ее фирма выжила. Она никогда не была уверена в том, что ее бизнес завтра не кончится, и она не останется ни с чем, не представляя, что делать дальше. У нее была насыщенная личная жизнь — сложные отношения со старым другом, который хотел, чтобы она бросила бизнес и разделила жизнь с ним. Он не принимал ее бизнес всерьез, беспокоился, что она устает, требовал, чтобы она прекратила все это и целиком и полностью положилась на него. Но она уже имела грустный опыт надежды на мужчин, она предпочитала быть независимой и не принимала его предложения.

У нее была дочь, для которой у нее всегда не хватало времени. Ее старые родители также упрекали ее, что она слишком много работает, они старались быть самостоятельными и не обременять ее просьбами. Она помогала им материально, но чувствовала, что не уделяет им достаточно времени и не дарит нужного им душевного тепла, хотя они так по ней скучали.

Ее друзья также пеняли ей, что она стала их забывать. Но уделять больше времени близким значило отнимать его от своего бизнеса, а она считала это недопустимым.

Однако переписка по e-mail с неизвестным американцем как-то вошла в ее насыщенную жизнь и заняла в ней значительное место.

Поздно вечером, когда ее дочка спала, и никакие телефонные звонки не могли уже помешать, она сидела перед компьютером, отнимая время от и без того короткого сна, и сочиняла электронные письма. Она писала о событиях дня, о всех своих страхах, обо всем, что приходило в голову. С одной стороны, она писала дневник, с другой стороны, сознавая, что совсем незнакомый человек из стабильного и защищенного мира прочтет все это, она ощущала, что тонкая нить соединяет и ее с тем миром, и что и она тоже получает оттуда свою собственную маленькую долю защиты.