Неожиданно судьба сделала Патрику, Дженнифер и Мередит еще один замечательный подарок — такой, о каком они не могли даже мечтать. Молодая, но уже со связями женщина-продюсер Шерон Макьюэлл, посетив премьеру их спектакля, осталась очень довольна и предложила поставить его на сцене одного из многочисленных нью-йоркских театров.

Первый месяц в Нью-Йорке пролетел как один день, но оказался очень насыщенным разнообразными впечатлениями. Друзья сняли крошечную трехкомнатную квартирку в районе Виллидж. Оплачивать ее им было весьма затруднительно, но зато они побывали на всех шоу и спектаклях в городе, несмотря на высокие цены на театральные билеты.

Устроиться на работу даже на неполный день Дженнифер и Патрик не могли, ибо все свое время посвящали новому спектаклю. Приходилось что-то менять в тексте, вносить поправки, корректировать… Необходимо было сочинить блюз для рабыни, оплакивающей погибшего мужа, дописать сцену в военном лагере, придумать две новые арии.

Проведя месяц в Нью-Йорке и познакомившись с его театральным репертуаром, Патрик и Дженнифер остались без денег. Теперь Мередит оплачивала жилье и покупала продукты. Но она вовсе не ставила им это в упрек, напротив, всячески поддерживала и утешала их, убеждая, что они рассчитаются с ней, когда пьеса начнет приносить доход. Но пока, к сожалению, никто не спешил вкладывать деньги в постановку нового спектакля.

Вот тогда-то Патрик и Дженнифер обнаружили недорогое кафе «Борджиа», где, заказав по чашке кофе, можно было сидеть часами и беседовать. В теплую погоду они часто располагались за одним из столиков на открытой веранде, обнесенной кованой решеткой, и разговаривали на ломаном французском, воображая, будто находятся в Париже.

За два дня до премьеры молодые люди снова отправились в «Борджиа», чтобы за чашкой кофе обсудить итоги состоявшейся репетиции. Дженнифер так увлеклась беседой, что машинально сделала большой глоток горячего кофе и обожгла горло.