— Да, старик, ничего не скажешь, — серьезно подтвердил Филип, разглядывая Ноэль в упор.

Сейчас, без макияжа, с распущенными волосами, подчеркивающими нежный контур лица, она и сама казалась подростком.

— Я уже говорила, — сердито продолжала Ноэль, — что не нахожу в сложившейся ситуации решительно ничего забавного. И понятия не имею, зачем вы ко мне явились. Пусть сами разбираются, мы-то тут при чем?

— А вот и ошибаешься. Я тут очень даже при чем. Наша мать считает меня ответственным за все, что натворит Крис.

Филип не шутил. От рождения Крис был слабым и болезненным и хотя с тех пор уже давно поправился, старший брат по привычке опекал его и поддерживал.

— А вы, бедненький, боитесь матери?

— Разницу между страхом и уважением знаешь? — сухо осведомился Филип. — Кроме того, похоже, ты недооцениваешь твое влияние. Крис уверяет, что сестра слушается каждого твоего слова, а поскольку сама она прячется и до нее не добраться… Словом, это дело надо уладить как можно скорее.

— Что именно вы подразумеваете под словом «уладить»? — недоверчиво поинтересовалась Ноэль.

Филип сразу же догадался о ее подозрениях.

— Не то, что ты думаешь, — заверил он, заставив Ноэль покраснеть.

— По-моему, вы неверно представляете наши отношения с сестрой, мистер Нейчел. Да, мы очень близки. Но это вовсе не означает, что…

— Учитывая сложившиеся обстоятельства, думаю, тебе куда уместнее называть меня попросту Филом. — Его губы изогнулись в многозначительной улыбке. — Или тебе больше нравится Филип? Я не возражаю.

Щеки Ноэль покрылись предательским румянцем. Если он станет прилюдно так с ней обращаться, то это будет равноценно тому, чтобы во всеуслышание объявить, что они спали вместе. Дураков ведь нет. Кто-нибудь непременно сложит два и два и докопается до правды насчет Бетси. Молодую женщину охватила паника.