До сих пор он бездумно скользил по жизни. На первых порах — как многообещающий сын и преданный брат. Затем — как безжалостный магнат, уверенный, что в жизни главное не любовь, а деньги. Он женился, вскоре развелся. Но по большому счету, он всегда был один. Так сказать, предмет зависти, но не любви. А ему и нужно было, чтобы им восхищались, а не любили. До встречи с Чейенн Каттер Лорд и не замечал своего одиночества.

Любитель путешествий, он жил во многих странах, останавливался в разных отелях, снимал роскошные квартиры. Приумножил и без того огромное состояние. Обладал многими женщинами, но не принадлежал целиком ни одной, а менее всего — самому себе. Он владел несколькими языками, но ни один из них не стал языком его души. Слабые не встречали у него понимания. И его не беспокоило то, что младший брат испытывает к нему не любовь, а зависть.

Но вот Каттера выбросило волнами на этот остров, и в общем-то незнакомая девушка из кожи вон лезла, чтобы спасти ему жизнь. Это поколебало его циничный взгляд на жизнь и правила поведения, которыми он руководствовался. Но не до конца.

Когда она осведомилась, как его зовут, он ответил:

— Лион.

Чейенн уже облачилась в бикини, приготовила легкую накидку и бумажный пакет с необходимыми вещами, но все никак не могла заставить себя выйти из дома в солярий: там, снаружи, где-то был Лион. Она не хотела его видеть. И не хотела, чтобы он видел ее. После вчерашнего поцелуя он явно ее избегал, и она была ему за это благодарна.

Но чем дольше она его не видела, тем упорнее думала о нем.

Она так желала любить Мартина! Его одного, и никого более! Почему же ее неотступно преследуют мысли о Лионе? Почему в тот день, когда она его увидела, на прибрежных дюнах распустились цветы?

Всю свою жизнь Чейенн мечтала занять в обществе определенное положение, выйти замуж за человека респектабельного, чтобы жить как все достойные люди и иметь нормальную семью, какую ее сводная сестра Шэнтэл и большинство знакомых имели с колыбели. Чтобы ее уважали и любили...