– Ну и что за пташка эта Фрэнсис Симпсон? Чья протеже?

– Тебя это должно волновать не больше, чем стоимость проезда в метро, – огрызнулся Гинсберри. – Скажу только, что судьба мисс Симпсон волнует о-о-очень влиятельного человека. – Гинсберри обратил взор к потолку.

Марк понимающе кивнул. Если даже Гинсберри благоговейно закатывает глаза, то ему и подавно не следует препираться и отказываться от работы с этой Фрэнсис. Во всяком случае, пока они находятся на территории Штатов, в поле действия высших сил. Позже, когда он и Фрэнсис окажутся один на один с миллионами телезрителей, бедняжке не поможет и сам Господь Бог. Если мисс Симпсон вообразила, что, став любовницей влиятельного человека, она станет и всенародной любимицей, то его, Марка Денвера, священный долг наглядно продемонстрировать, как легко можно превратиться во всенародное посмешище.

– Извините... – послышалось откуда-то из-за двери.

Гинсберри и Марк как по команде повернули головы. Через мгновение перед ними появилось сказочное видение в сверкающих изумрудах.

– Я Фрэнсис Симпсон, – представилась гостья, не без удовольствия наблюдая за выражениями лиц обоих мужчин.

Похоже, она сделала правильный выбор, остановившись на этом платье. Открытые плечи, по которым разметались каштановые локоны, и декольте сделали дело лучше любых слов. Денвер и Гинсберри были сражены наповал. Не зря в древнегреческом суде лучшим адвокатом обвиняемой женщины была нагота. Стоило внешне привлекательной преступнице сбросить перед присяжными одежды, как с нее снимали все обвинения.

– Очень приятно, мисс Симпсон. – Марк опомнился первым.

Он галантно поцеловал ее руку, с удивлением заметив, что тонкие пальцы Фрэнсис дрожат. Интересно почему? Разве она не знает, чьим протеже является?