И в аудитории, и в больнице, и в домашней клинике Макс всегда был полностью поглощен работой. Он был чуток, заботлив, скромен. Если бы мама не рассказала ей о новых методах ортопедической хирургии, которые Макс открыл и исследовал, Тейлор, возможно, никогда не узнала бы, какой он замечательный врач. Ей очень повезло, что она стала его ученицей.

Джош вдруг посмотрел на нее и улыбнулся.

— Ты смелая женщина, Тейлор Филипс.

— Не знаю, — пожала она плечами, — я стараюсь не думать об операции и о том, что будет дальше. Я просто знаю, что должна что-то сделать.

Он молчал, и Тейлор, сама не зная почему, вдруг почувствовала разочарование. Она с любопытством изучала его: темные волосы, немного выгоревшие на солнце, этот гордый и независимый взгляд.

Джош резко наклонил самолет, так что ремень врезался в тело Тейлор. Раздраженно покосившись на него, она тихонько пробормотала:

— Скор с машинами, самолетами и женщинами. Что за мужчина!

— Что?

— Ничего. Я просто… — Единственный мотор вдруг как-то странно затрещал, и нос самолета резко наклонился. Тейлор вцепилась в ручки. — Что это?

Джош с легкостью выровнял самолет. Казалось, он ничуть не волновался.

— Эта малышка уже старенькая. Не волнуйся, все в порядке. В следующий раз, когда повезу тебя, у меня уже будет новый самолет, и тебе не придется так волноваться.

Тейлор увидела вдали аэропорт и подумала, как хорошо было бы скорее очутиться на земле, в безопасности. Самолет пошел на посадку, и она постаралась расслабиться, тем не менее инстинктивно крепко сцепив пальцы рук.