– А вот я всегда мечтала окунуться в атмосферу Оксфорда. Столько веков, столько судеб... – мечтательно произнесла Энн.

– Кембридж с тринадцатого века является крупным университетским центром, так что там тоже прошло немало веков и судеб, – менторским тоном, словно он стоял за кафедрой перед скамьями, заполненными студентами, заметил Боб.

– Я ведь просто хотела поддержать тебя, – обиженно проворчала Энн.

Боб потер глаза пальцами, будто хотел вдавить глазные яблоки в глазницы. Энн всегда становилось жутко, когда он так делал.

– Прости, – тихо сказал Боб, открыв наконец глаза. – Я, наверное, слишком устал и теперь незаслуженно тебя обижаю.

Интересно, значит, заслуженно меня можно обижать! – возмущенно подумала Энн, но говорить это вслух не стала. Она и так чувствовала, что они с Бобом на грани ссоры.

Энн бросила быстрый, цепкий взгляд на своего бойфренда, который все никак не становился женихом, и тихонько вздохнула. В том, что они поженятся, не сомневался никто. Просто Боб и Энн были слишком заняты своей карьерой, чтобы устраивать свадьбу. Может быть, через пару лет...

Вот только чем дольше они встречались, тем меньше Энн верилось в то, что свадьба все же состоится. Но она честно признавалась себе, что и без кольца на пальце отлично проживет. Единственное, что требовала Энн от Боба, чтобы он хотя бы раз в неделю, в уик-энд, оставался ночевать у нее. Энн прекрасно понимала, что ритм их жизни не позволит создать нормальную семью: Энн постоянно пропадала в «Калвин индастриалз», Боб убегал на работу к семи утра, а возвращаясь, садился за очередную книгу об экономике массовых коммуникаций. К тридцати пяти годам Боб успел стать признанным авторитетом в этой области и уже лет десять ездил в Оксфорд читать курс будущим менеджерам печатных изданий, радио– и телеканалов.

Но и Энн не оставалась в тени своего бой-френда.