— А ты, должно быть, проводишь Рождество со своим мужем?

— Что? — вздрогнула Джой.

— Со своим муженьком. Я не ожидал увидеть тебя сегодня здесь.

— О! Он… он зайдет за мной попозже.

— Лучше бы пораньше. А то обещали буран.

— Не беспокойся. — Джой вздохнула. Никто за ней не придет. Никому она не нужна. — Счастливого Рождества вам с Шэрон.

— И тебе того же самого, Джой. И… черт, все время забываю, как зовут твоего мужа.

Джой замешкалась с ответом.

— Рональд, — сказала она, надеясь, что называла именно это имя, когда ее спрашивали раньше.

— Господи, моя голова, кажется, совсем не варит. Я думал, Ричард.

Ричард, точно. Не Рональд. Черт!

— Рональд — это его второе имя. Я иногда называю его так для смеха.

— Наверное, он не любит, когда его называют полностью — Ричард Рональд.

— Ты прав. Ладно, мне пора работать. Будь осторожен на дороге.

Вскоре после ухода Нэда Джой пришлось последовать собственному совету. Бар закрылся рано из-за непогоды. Прескотт напоминал зимнюю сказку. Старожилы говорили, что не помнят такого снежного сочельника.

Она включила обогреватель в своем стареньком пикапе и укутала ноги пальто. В теплом баре Джой была в короткой красной бархатной юбочке и совершенно забыла, что на улице мороз и неплохо было бы в обратную дорогу захватить теплые леггинсы. Ничего, сейчас она доберется до дома, влезет в любимый спортивный костюм, приготовит горячий шоколад и будет смотреть фильм «Жизнь прекрасна». В ее семье смотрели этот фильм каждый сочельник, сколько она себя помнила. Мама прислала ей кассету с фильмом в качестве подарка, догадываясь, что Джой не сможет приехать домой на праздники.