Сейчас, когда Элли оказалась в относительной безопасности, она с трудом сдержала громкий смех: уж слишком нелепой была ситуация, если взглянуть на происшедшее спокойно, как бы со стороны. Заявилась в чужой номер, чтобы уберечь Бет от идиотской роли, – и, как полная дура, вляпалась сама!

Однако, какими бы причинами ни было вызвано появление Дэниела в их гостинице, улик он здесь никаких не оставит, не такой человек. А что, если на сей раз он не взял с собой портфель? Может, взглянуть, что он там прячет? Нет! Элли содрогнулась от крамольной мысли. Уже само по себе то, что она без какого бы то ни было реального повода проникла к нему в номер, отвратительно, а рыться в его вещах – это уже просто верх неприличия!

С другой стороны… можно разобрать постель, раз уж она в его спальне. Дорис, горничной, потом скажет, чтобы не делала уборку, что она обо всем позаботилась сама, потому что… А впрочем, какое дело горничной, почему!..

Кровать была огромная, двуспальная. Элли обошла ее с одной стороны, откинула покрывало, потом верхнюю простыню, взбила подушки… и задумалась. Надо ли проделать то же самое со второй половиной? Будет ли Дэниел Тэкери ночевать сегодня один? И гнев забурлил в ней с новой силой. Ну что за тип! Только что поговорил по телефону с невестой – а потом преспокойно отправился ужинать с какой-то «крошкой»! Нет, нет, решительно – этот пижон лишен всяких моральных устоев!

Последняя мысль наводила на размышления. Может, Бет права? Если Тэкери так аморален в личной жизни, почему он должен вести себя иначе, когда дело касается бизнеса?

Элли была готова разделить уверенность сестры: он что-то действительно задумал. А раз так, она твердо вознамерилась выведать, что именно.

– И ты не заметила ничего такого… ну, такого, что походило бы на то, что его послал Джеймс? – тоном следователя спросила Бет и, скривив рот, уточнила: – Я имею в виду развод.