Дейв кивнул. Семья Мак-Гоуэнов прибыла в Аризону из Огайо. Врач сказал, что сухой воздух пустыни позволит старому Мак-Гоуэну излечиться от мучившей его астмы. Генри Мак-Гоуэн бросил работу, продал дом, распрощался с родственниками и друзьями, и двинул в Аризону. Теперь он устроился страховым агентом, но пока ещё с трудом сводил концы с концами.

– Все эта чертова конкуренция, – вздохнул Дейв. – Нигде больше такой нет.

Ему и в самом деле постоянно приходилось биться с другими подрядчиками даже за самый ничтожный контракт. А банки? Субподрядчики? Инспекторы? Местные «зеленые»? Кто только не стремился вставить ему палки в колеса! А ещё ему приходилось бороться с собственной совестью.

Пока, правда, Дейву особенно не приходилось за себя стыдиться. Взятки, что он давал, были слишком незначительны, чтобы из-за них мучиться. Зато строил он на совесть. Он хотел, чтобы и он сам и его дети гордились любыи зданием, возведенным «Логан констракшн компани».

А вот для Мак-Гоуэнов, как и для тысяч других семей, бурно растущий и процветающий город Сахуэро-сити оказался отнюдь не райским садом.

Возможностей в городе было, конечно, хоть пруд пруди. Но – для местных уроженцев или ловких пройдох. Любого честного парня рано или поздно подставляли. Вот почему переселенцы из Айдахо или Огайо неизменно жили здесь хуже, чем в своих родных местах.

«Сделаем Аризону зеленой – наводним её долларами!» – такой плакат увидел однажды Дейв на стене универмага. Владелец магазина, должно быть, считал свой призыв остроумным, а вот Дейву было не до смеха – он уже понял, что за удовольствие жариться на солнце нужно платить звонкой монетой.

Полвека назад на месте Сахуэро-сити лепились деревенские развалюхи. Пятнадцать лет назад здесь дремал провинциальный городишко. И вдруг кто-то – какой-то местный уроженец вроде Карлтона Эвери – смекнул, что и под палящим солнцем можно зарабатывать бешеные деньги. Прошел слух, что Сахуэро-сити – земля обетованная, и сюда в погоне за призрачным счастьем устремились тысячи переселенцев. Только для того, чтобы убедиться – с большим опозданием, – что Сахуэро-сити вовсе не земной рай.