Но в одном Дики прав: тогда, десять месяцев назад, они даже и не догадывались, что дом никому не нужен и на него практически невозможно найти покупателей.

– А Яблонски оставили мебель? – вдруг спросила она.

– Откуда мне знать? И почему они должны оставлять ее?

– Потому что по условиям сделки мебель неразрывно связана с домом.

– Условия не всегда выполняются в такой стрессовой ситуации.

– Тебе лучше знать, – елейным голосом проговорила Дэниелл. – Ты говоришь, у тебя ключ? Может, стоит посмотреть, что мы имеем.

Дики достал из кармана медный ключ. Задняя дверь со скрежетом отворилась.

– Жаль, сейчас не сезон для привидений, – проговорил он, широко распахивая дверь. – Подходящее местечко.

Дэниелл ничего не ответила и вошла в кухню. Ее поразило, что со времен мисс Фишер ничего не изменилось.

– А разве они не собирались модернизировать кухню?

– Они больше говорили об этом, – заметил Дики. – У них было море грандиозных планов. Интересно, они хоть что-нибудь сделали или только зубы заговаривали, чтобы заполучить собственность?

– Если ты опять намекаешь, что это я настояла, чтобы дать им шанс… Глаза у Дики сузились.

– Какие мы чувствительные… В любом случае, – продолжил он, – что касается кухни, надо было, конечно, обновить ее, прежде чем открывать нормальный ресторан.

Дэниелл прошла в гостиную. На большинстве окон ставни были закрыты. Мебель все же была переставлена. Из мебели ничего не исчезло. Она облегченно вздохнула.

– Ну что ж, хорошо, что мебель на месте, – сказал Дики. Он посмотрел на огромную старинную люстру над обеденным столом:

– А знаешь, если устроить антикварный аукцион…

– В завещании мисс Фишер четко сказано, что мебель и дом неделимы…