Она исчезла, ее шаги быстро застучали к лестнице.

У Дэниелл сразу исчезло желание смеяться.

Дики надел рубашку.

– Ну, раз уж ты здесь, можешь заняться завтраком.

– Как мило, – Дэниелл резко поднялась с кровати. – Ты мог бы предупредить меня вчера, знаешь ли. А поскольку ты этого не сделал, то готовь завтрак сам.

– Чтобы они предъявили иск за плохое питание? Я пытался предупредить тебя. Я дважды звонил в ресторан вчера вечером. Один раз связь прервалась, а во второй – меня заставили ждать на телефоне, пока у меня не посинело ухо.

– У нас вчера было полно народу, – подтвердила Дэниелл. – Ни у кого не было времени толком отвечать на телефонные звонки и передавать сообщения.

– Охотно верю. Затем я оставил сообщение на автоответчике в доме у твоего отца, но ты, видно, его не получила.

– Я после работы отправилась сразу сюда. А так как папа знал, что я сюда еду…

– Возможно, он подумал, что нет смысла звонить сюда, раз я сказал, что дождусь тебя.

– Значит, ты знал, что я приду, и устроил мне гнусную ловушку, – усмехнулась Дэниелл.

Дики медленно повернулся к ней. Нарочито медленно он застегнул последнюю пуговицу на рубашке, завернул до локтей рукава и заправил рубашку в брюки.

– Если под гнусной ловушкой ты подразумеваешь то, что я спланировал сцену совращения…

Она сказала это не подумав и теперь вся залилась краской.

– Если бы я намеревался сделать что-либо подобное, вряд ли заснул бы, не получив ожидаемого. – Он говорил сухо. – Видишь ли, ожидание и эта дурацкая книжка Джо навеяли на меня такой сон, что я решил поспать немного. Я даже не слышал, как ты пришла.

А она не зажигала света…

– Хорошо еще, что я выбрала эту часть кровати, – криво усмехнулась Дэниелл.

– Правда?

Дэниелл подозрительно посмотрела на него.

– Послушай, если ты думаешь, что я тебя видела и нарочно улеглась рядом, не помня себя от радости… Я видела самовлюбленных людей, Оливер, но таких, как ты…