Завтрак оправдывал худшие ожидания. Девица-подросток отказалась есть кофейный кекс – для нее слишком много сахара. Она попросила тост с мельбой. Младшие дети заявили, что они не любят фрукты, и съели почти весь кекс еще до того, как к завтраку спустились остальные гости. Дэниелл отметила для себя, что часть завтрака надо будет оставлять для тех, кто приходит позже.

Уинслоу, лукаво улыбаясь, но без лишних комментариев, отправились провести день с друзьями. Одна семья пошла на озера, другая – по антикварным лавкам. Когда «Веселая вдова» опустела, Дэниелл отодвинула стул, налила себе кофе и заела крошками, оставшимися от кекса.

Она чувствовала себя разбитой, а ведь день только начинался. Надо было поменять белье, почистить ванны, вытереть пыль и пропылесосить. Полотенца и простыни надо сдать в прачечную, спланировать завтрашний завтрак, закупить продукты.

Она сложила грязную посуду отмокать в раковину – Яблонски не удосужились купить посудомоечную машину. Достала почту и положила конверты на вчерашнюю стопку. Большинство из них, подумала она, похожи на счета, но сейчас у нее не хватало духу их смотреть.

Дэниелл взяла свитер и вышла на солнце. Сегодня воскресенье, ресторан будет закрыт до обеда, так что часик она может посвятить себе до работы. И уж она будет наслаждаться каждой секундой.

Солнце согревало ее, когда она шла по Хэррисон-стрит к центральной площади города.

Там было много народу. Большинство магазинов было открыто. Дэниелл помахала нескольким друзьям. Перед зданием, в котором размещался местный историко-краеведческий музей, она остановилась.

В окне она увидела президента местного Исторического общества – та стряхивала пыль и приводила в порядок экспонаты в витрине, имитирующей первый универмаг в Элмвуде. Увидев Дэниелл, она стала знаками энергично подзывать ее.

Дэниелл достала ключ от музея, открыла дверь и вошла.

– Что случилось, Марта?

– Ровным счетом ничего, кроме того, что я не знаю, как отсюда выбраться.