— А дети? Ты представляешь, как они воспримут эту новость? Я бы, пожалуй, мог взять их с собой…

— Без меня?! Они превратят жизнь бедной Труди в кошмар, а дом тетушки Амели — в руины. Близнецы будут разочарованы, но я с этим справлюсь: Луиза Калерджи собирается устроить детский бал в четверг, на третьей неделе великого поста. Платье Амелии переделают, да и Антонио получит свою шпагу.

— Гениально! — Альдо оценил мудрость жены. — Но на улице Альфреда де Виньи все будут огорчены…

— Тетушка Амели и Мари-Анжелин должны приехать сюда на праздник Искупителя

— Возможно, это Жиль поспособствовал тому, что им сейчас приходится спешить со свадьбой? Когда он влюблен, он себя не помнит, — рискнул предположить Альдо.

— Ты бредишь, милый друг. Ты вспомни, что он тебе написал: чистая юная девушка… Инфанта… Почти мадонна! И к тому же еще и мексиканка! Добрачные игры не для таких невест, иначе горе тем, кто их окружает!

В конце концов Альдо согласился с мнением жены и сел в Восточный экспресс, проходящий через Венецию, в компании… двух очаровательных картин Гварди

Альдо получил подтверждение своим предположениям на Лионском вокзале, где его встретил счастливый влюбленный. Он едва узнал его в высоком мужчине, одетом во все черное — плащ из альпаги

— Ты идешь на похороны?

— Нет. Почему ты так решил?

— Но ты весь в черном! Твой наряд слишком уныл для жениха!

— Ах, это! — И Жиль добавил со стыдливым смешком: — Изабелла считает, что мне идет черный цвет. Он делает меня более утонченным!

Никаких сомнений, перед Морозини стоял новый Вобрен… Пожалуй, кисти Эль Греко… Какая метаморфоза!

— Так расскажи мне о ней! Я полагаю, ты счастлив?